Утром спустили карбас, взялись за весла и стали „выгребать". Ставить парус было нельзя. Ветер был „противной".
Илья сел у руля. Четверо гребцов — попарно на двух скамьях. Каждый из них работал одним веслом.
Семен прилег на носу и зорко вглядывался в тороса. Рядом поместились Андрей и Якунька. Андрей любовался причудливыми очертаниями льдов. Море с бегущими грядами волн восхищало его. Мерное покачивание карбаса не было ему противно. Морской болезнью он не страдал. Вдали на воде виднелись плавающие льдины. Иногда мелкие ледяные осколки чиркали об обшивку карбаса.
Против ветра карбас шел медленно. Долго пришлось „угребать", пока не добрались до места, где был убит „заяц".
Если бы Семен накануне не поставил заметки, место его вчерашней охоты было бы очень трудно найти.
Тюлень был убит довольно далеко от края льда. Торосы и стамухи загораживали его с моря. Но воткнутая у воды еловая ветка указала, где надо причаливать.
Лодку вытащили на припай. Всем хотелось посмотреть добычу.
Убитый „заяц" был крупный самец. Андрей смерил его. От задних вытянутых назад ласт до конца морды было около четырех с половиной шагов. Он был покрыт серою и желтоватою шерстью с серебристым отливом. На спине у него было черное пятно. На боках оно продолжалось в виде черных крыльев.
Тюленья отдушина или „продух" — это что-то в роде проруби. Около своей „лежки" зверь постоянно поддерживает ее. Через нее он влезает и вылезает из воды. Во время охоты он постоянно возвращается, чтобы высунуться и подышать. Если в сильные морозы все-таки продух успевает покрыться ледяной пленкой, тюлень пробивает ее ластами или головой.
Такие продухи есть везде в тех местах, которые облюбовали себе тюлени.