В бешенстве ринулся он наперерез похитителю, и, прежде чем тот успел сообразить, Ао сунул ему под ноги свое копье. Толстяк споткнулся и тяжело рухнул на землю. Освобожденная Канда вихрем помчалась к поселку, а ее похититель с каким-то звериным ревом вскочил на ноги и бросился бежать. Ао настиг его и ударил копьем в правое плечо. Толстяк завыл раненым волком.
— О-о! Ой! — вопил он. — Куолу убивают! Куолу!
Куолу! Откуда он взялся?
Тут только Ао сообразил, на кого напал он в сумраке леса. На самого колдуна!
Но вместо страха у него на уме было только одно бешеное желание еще и еще раз ударить обидчика Канды. Да и как можно бояться врага, кто бы он ни был, если тот трусливо убегает с поля битвы!
Все же, услышав имя «Куолу», молодой охотник на миг задержался на месте, и Куолу успел юркнуть в кусты. С заячьей прытью промчался он к береговому обрыву, который оказался здесь очень близко. Недолго думая он кубарем скатился вниз по крутому склону, поднимая целое облако песка и пыли.
Ао остановился на краю и сверху погрозил копьем беглецу, который каким-то чудом ухитрился не свернуть себе шею и не переломать ребра.
— Выдра! — крикнул Ао ему вслед самое презрительное слово, какое он знал.