— Вот, господа бояре, и сенники для вас на лавках, изголовьица. А вот и вечеря ваша!
Она указала на каравай хлеба, на горшок молока да на лукошко меду, поставленные на стол.
— Спите спокойно, сторожить вас сыновей поставлю, как зеницу ока сберегу, коли запоручилась… Только огня не жгите долго, чтобы со стороны не заприметили… Ну, Господь с вами и Его святая сила. А завтра погадаем, как вас дальше путем-дорогой пустить повернее.
И, отвеся низкий поклон, тетка Анисья удалилась.
Оставшись наедине с детьми и Сенькой, Марфа Ивановна прежде всего позаботилась о том, чтобы накормить детей и уложить их поскорее спать, потому что после всего пережитого ими в тот день и после продолжительного пребывания на воздухе и Танюша, и Миша едва держались на ногах и почти падали от усталости.
Когда дети были уложены и заснули, Марфа Ивановна обратилась к Сеньке, стоявшему у порога, с вопросом:
— Сеня! Куда же теперь мы голову приклоним? Куда пойдем?
— Туда и пойдем, государыня, куда господин идти приказал.
— Господин? — с недоумением спросила Марфа Ивановна.
— Господин и твой и мой — Филарет Никитич… У меня от него на все про все и для тебя, и для меня самый точный приказ дан…