— Мы здесь… Здесь! — с плачем отозвалась царица Мария, хватая его за руку.
— Федор! — прошептал Борис еле слышно. — Тебе мать и сестру… вручаю… Заботься! Слушай только патриарха и Шуйского…
И он смолк на мгновенье, тяжело дыша и страшно поводя глазами.
Потом опять стал метаться и вдруг громко крикнул:
— Бояр! Бояр зовите!
Спальник стремглав бросился к двери, махнул рукою — родственники царя и все боярство разом двинулись в комнату и тесною толпою столпились у дверей опочивальни.
— Великий государь! Пришли бояре! — громко произнес патриарх, поднимаясь со своего места. — Что изволишь им приказать?
Борис сделал над собою страшное усилие, стараясь приподняться, но голова его бессильно склонилась набок, глаза застоялись…
— Отходит! — тревожно проговорил патриарх к окружающим. — Посхимить надобно скорее… Схиму сюда!
В глазах Бориса вдруг блеснул последний луч жизни. Он приподнял голову и сказал: