Здесь описываются сыновья великого хана
У великого хана от четырех жен, знайте, двадцать два сына. Старшего в память доброго Чингисхана назвали Чиншином[195]195 Чиншин (Чингис, Гингим, Шунгиин и др.) – старший сын Хубилая, умерший в начале 1285 г. (Б.).; ему владеть бы всею империею и быть великим ханом, но он умер; от него остался сын Темур[196]196 Темур (Тэнур, Тхемур) – Улчжэйту-Тэмур, преемник Хубилая (1294—1307) (Б.).; этот Темур и будет великим ханом и государем[197]197 Напомним, что Марко Поло во время составления своей «Книги» не знал о смерти Хубилая., потому что сын старшего сына великого хана. Темур, скажу вам, и умен, и честен, а в битвах много раз отличался. У великого хана, знайте, еще двадцать пять сынов от подруг; и они храбрые воины, и каждый – великий князь.
Семеро из сынов от четырех жен царят в больших областях и царствах и хорошо правят, потому что и умны, и честны, да и понятно: отец их, великий хан, умнейший человек, проницательный, лучшего царя и нет, храбрее его не бывало у татар.
Описал вам великого хана и его сыновей, расскажу теперь о его дворе и обычаях.
Глава LXXXIV
Здесь описывается дворец великого хана
Три месяца в году, декабрь, январь и февраль, великий хан живет в главном городе Катая – Кабалуте; там его большой дворец, и вот он каков: прежде всего квадратная стена; каждая сторона миля в длину, а в округе, значит, четыре мили; стена толстая, в вышину добрых десять шагов, белая и кругом зубчатая; в каждом углу по красивому, богатому дворцу; в них хранится сбруя великого хана, луки, колчаны, седла, конские узды, тетивы, все, что нужно на войне; есть еще по дворцу у каждой стены, такие же, как угольные; всего по стенам восемь дворцов, и во всех сбруя великого хана; в каждом, знайте, одно что-нибудь: в одном луки и ничего иного, в другом только одни седла, и так в каждом одно что-нибудь. В стене на юг пять ворот; посередине большие, открываются, только когда великий хан выезжает или въезжает; после них с двух сторон по воротам; ими входят все прочие люди; а по углам есть еще по большим воротам, ими входит всякий.
За стеной этой есть другая, в поперечнике поменьше, нежели в длину; и тут восемь дворцов, таких же, как и первые, и в них также хранится сбруя великого хана. На юг в этой стене, как и в первой, пять ворот; и по углам ворота, так же как и там; посередине дворец великого хана, выстроен он вот как: такого большого нигде не видано; второго этажа нет, а фундамент над землей десять пядей; крыша [251] превысокая. Стены в больших и в малых покоях покрыты золотом и серебром, и разрисованы по ним драконы и звери, птицы, кони и всякого рода звери, и так-то стены покрыты, что, кроме золота и живописи, ничего не видно. Зала такая просторная, более шести тысяч человек может там быть.
Диву даешься, сколько там покоев, просторных и прекрасно устроенных, и никому в свете не выстроить и не устроить покоев лучше этих. А крыша красная, зеленая, голубая, желтая, всех цветов, тонко да искусно вылощена, блестит как кристальная и светится издали кругом дворца. Крыша эта, знайте, крепкая, выстроена прочно, простоит многие годы.
Между первой и второй стеной – луга и прекрасные дерева и всякого рода звери; есть тут и белые олени, и зверьки с мускусом, антилопы и лани и всякие другие красивые звери, и за стенами только по дорогам, где люди ходят, их нет, а в других местах и там много красивых зверей.