Как будто вовсе и не знала,

Что целый мир у ног ее.

То не было благоуханье

Или упрямство чистоты,

Но в ней таилось обаянье

Какой то высшей красоты

И, понимая искушенья

И ясной вольностью дыша,

Ни сочетанья, ни плененья

Ее не жаждала душа.