5 июля 1942 года
Клава так записала в своем дневнике о первом дне работы на огородах:
«Нас разбудили в шесть часов утра. Как не хотелось вставать и бежать на зарядку! Ногам холодно, трава мокрая от росы! Над полями стелется туман, но солнце уже греет хорошо. Бежим мыться в пруду. Много шума, смеха и крика. Аня безжалостно моет холодной водой своего маленького братишку Валерика, а тот упирается и визжит».
После завтрака пришел к нам директор хозяйства и повел на участок. Будем полоть грядки. Всё заросло: не разобрать, где грядки, где межа, посевов и не видно. Работа не клеится. Некоторые сразу порезали руки травой, все быстро устали, поминутно спрашивают:
— Анна Петровна, который час? Скоро ли обедать? Через два часа работы ушли с поля те, кому врач разрешил работать только в утренние часы.
Я до самого обеда в поле. Обхожу все бригады вместе с Матвеем Афанасьевичем. Он бережно относится к детям и утешает меня:
— Ничего, втянутся. Сразу нельзя!
К обеду дети приходят очень усталые и бегут на пруд мыться. Очевидно, холодная вода освежает их, и за обедом слышатся шутки и смех. Кажется, только учителям вода мало помогла, — они очень устали.
После обеда «мертвый час». Все спят с удовольствием.
Первый день работ не помешал детям очень весело провести вечер. На большой серый валун, лежащий на поляне перед сараем, поставили патефон и принялись танцевать. Клава взяла на себя обучение Вовы танцам. Вести этого партнера в вальсе нелегко: он мало подвижен и наступает своей «даме» на ноги. Клава вся раскраснелась и крикнула шутя: