Ночь. В воздухе шум сотен самолетов. Он так силен, что все взрослые проснулись.
Страшный гул канонады. На горизонте, на фоне огромного красного зарева, темные облака дыма. К ним тянутся причудливо извивающиеся беловатые змеи. Вместо голов у них ярко-желтые с красноватым оттенком шары. На месте угасающих возникают новые.
— «Катюши», «катюши»-то наши как славно действуют! — говорят наши соседи моряки.
— А самолеты тоже наши?
— Конечно! Это налет на побережье.
Сердце бьется от радости. Наконец-то! Это наш ответ на нескончаемые обстрелы Ленинграда из тяжелых орудий.
Анна Петровна будит Мишу и говорит:
— Он столько видел тяжелого в Ленинграде. А сейчас ведь сердце прыгает от радости. Разве вы не чувствуете, какая над нами летит силища, какая чудесная крылатая армия нашей могучей Родины!
Мне тоже не хочется, чтобы ребята пропустили этот момент нашего торжества. Я поднимаюсь по скрипучей лестнице на чердак, где спят дети, и говорю:
— Кто хочет, может одеться и сойти во двор. Наши самолеты бомбят фашистов.