— Этак иная бог знает кого выберет…
— Уж то ее дело.
— Этого не бывает никогда…
— Да, редко бывает…
— Так, значит, и нет никакой эманципации на свете; это, значит, ученость…
— Что ученость?
— Да вот эманципация… Ведь этого нет, и никто не позволит девице самой выбирать жениха; ну, значит, и неправду вы сказали.
— Браво, крестница, браво! — подхватил Обросимов.
Молотову занимательно было следить за этим забавным спором между двумя женщинами, из которых одна, очевидно, малоразвитая женщина, но от души говорила и верила тому, что говорила; а другая, образованная дама, ломалась, говорила свысока, и сомнительно, чтобы говорила с убеждением…
— Я никогда не понимала учености, — сказала Леночка. Лизавета Аркадьевна с комическим участием спросила ее: