— Завтра наша свадьба, — говорил Молотов Наде спустя месяц после примирения, сидя с нею в маленькой ее комнате.
Надя скоро поправилась после тучи, пронесшейся над ее головой, похорошела, лицо ее цвело счастьем и радостью. Она ничего не ответила Молотову, хотя глубоко взволновалось ее сердце от слов Молотова. Она только взглянула на него, покраснела, застенчиво улыбнулась и хотела, чтобы Молотов сам догадался в эту минуту поцеловать ее.
Молотов поцеловал ее.
— Надя, — сказал он.
— Что?
— Я все думаю, сумею ли сделать тебя счастливою.
Она посмотрела на него с удивлением и спросила:
— Отчего ты так думаешь?
— Оттого, что я сам только от тебя и научился счастью...
— От меня? твоей ученицы?