Обе женщины вскочили на ноги. Старушка бросилась из приемного зала в переднюю. Все это со стороны казалось очень странным, особенно последний маневр старой женщины; теперь должно было, по-видимому, ожидать, что инспектор окончательно выйдет из себя, но, напротив, взгляд его прояснился, и он стал спокойно ходить вдоль комнаты, дожидаясь терпеливо старухи.
Та скоро вернулась, в одной руке с кульком, в другой – с узлом. То и другое она положила к ногам начальника…
– Что это? – спросил он.
– Не побрезгуй, батюшка, деревенским гостинцем, и…
– Покажи, что тут?
Старуха, торопливо развязывая кулек, вынимала из него сахар, чай, бутылку рому, сушеные грибы и яблоки, а в узле оказалось десятка четыре аршин холста…
Инспектор не без удовольствия, но и не без достоинства сказал:
– Хорошо, спасибо… В чем же твое дело?
– Это вот дочка моя, – говорила старуха, – сиротой осталась… были у преосвященного… закрепил за ней местечко… отцовское…
– Ну так что же?