Район Гельвыски. Дети ненцев в интернате.
Одного пастуха мы послали учиться на курсы. Ребята из колхоза все учатся, в Тельвиске — одиннадцать учеников из ПНОК’а, а единоличники учат ребят мало.
Делим все поровну, чтобы хватило всего, чтобы не завидно было. Ну, одежды и еды хватает. В кооперативе нам дают все в первую очередь. Конечно, лентяи есть и у нас, но мы их заставляем работать.
Чтобы доход распределять по тому — кто сколько сделал работы и как сделал (по количеству и качеству затраченного труда) — над этим еще не думали.
Теперь мы зимуем у устья речки в Кузнецкой Губе (68,8° север, ш. и 23,4° вост, долг.), рыбачили у Колонковой Губы, олени доходят до Голодной Губы.
(Территория колхоза занимает около градуса по широте и градуса по долготе.)
Думаем строить дом у мыса Сядуй-Нос (67,4° с. ш.), тут хорошо катер подходит, и кругом близко. Дом большой надо, да и не один. Наверно потом человек двести будет народу в колхозе. Ну, кредит стыдно просить, и так нам много подмогли.
Думали нынче зимовать итти в леса, да земля сухая осенью была, потом снег хороший. Ну, и зимуем в тундре.
Соседи еще плохо организуются в колхоз: не верят. Кулаки сбивают, надо принажать на кулаков. Есть еще бедняки, которые говорят — принажмут на кулаков, а мы как будем одеваться, что есть.
И наших пытаются сбить с толку. Говорят — казенные будете. Я их убеждаю: не верьте. Сами хорошо наблюдайте хозяйство колхоза. Ну, наших-то теперь палкой не выгонишь из колхоза. То голодали, а теперь сыты, одеты, хорошо живем! Я то все в батраках ходил, при царе ничего хорошего не видел.