— Ну зачем? Она такая плотная, а сегодня и так жарко.
— Поллианна, сделай то, о чем я тебя прошу. Чем меньше ты споришь со мной по каждому поводу, тем мне легче. Зачем давать возможность всему Белдингсвилю сокрушаться или злорадствовать, что я так плохо выгляжу?
— Тетушка, уверяю тебя, что никто тут не будет злорадствовать! — убеждала ее Поллианна, разыскивая в сумочке столь нужную тете Полли вещь. — И потом, кажется, никто не будет нас встречать. Мы ведь никого не уведомляли о своем приезде.
— Да, я в самом деле никого не просила нас встречать. Однако миссис Даргин я написала, чтобы она проветрила комнаты и положила ключ под коврик. Неужели ты думаешь, что Мэри Даргин примет информацию к сведению и удержит язычок за зубами? Какое там! Уже весь город оповещен о нашем приезде, и человек двадцать определенно ожидают нас на вокзале. Еще бы! Всем хочется увидеть, как выглядит бедная Полли Харингтон. Эти люди…
— Ах, милая тетя! — пыталась увещевать ее Поллианна, глотая слезы обиды за «этих людей».
— Если бы я еще не была так одинока. Если бы доктор был с нами и… — Она вдруг опомнилась, на лице появилась недобрая гримаса. — Где вуаль? — раздраженно спросила она снова.
— Вот же она, смотри! — Девушке хотелось теперь как можно скорее передать злосчастную вуаль из рук в руки. — Вот и наш городок. Хорошо бы нас встретили старый Том и Тимоти!
— Да, и все бы смеялись по дороге, какие у нас теперь рыдваны и клячи! И почем их у нас можно завтра купить! Нет, покорно благодарю. Мы возьмем казенный экипаж.
— Я все понимаю, но однако… — в этот момент состав остановился, пружиня и раскачиваясь, и фраза Поллианны повисла в воздухе.
Обе пассажирки сошли на платформу. Миссис Чилтон скрывала свой взгляд под вуалью и сама старалась никуда не смотреть. А Поллианна без конца вертела головой, не успевая отвечать на приветствия. И вдруг она заметила в толпе одно знакомое, до странности знакомое лицо.