— Миссис Кэрью, но ведь можно еще играть по-другому. Находить во всем плохие вещи и высмеивать их. Это тоже дает чувство радости. И эта игра вообще не имела бы смысла, не будь на свете плохих вещей.
Миссис Кэрью медлила с ответом. Печать возмущения сошла с ее лица, уступив место выражению безнадежной грусти. Наконец она поймала взгляд Поллианны и обратилась к ней:
— Видишь ли, Поллианна, я не хотела тебе ничего говорить, но теперь я поняла, что придется сказать. Я просто раз и навсегда хочу тебе объяснить, почему ничто здесь не доставляет мне радости. — И она поведала девочке историю о Джейми, четырехлетнем мальчугане, который восемь лет назад переступил порог этого дома и больше не возвращался сюда.
— И вы уже никогда-никогда его больше не видели? — спрашивала Поллианна, и по щекам ее текли слезы.
— Нет.
— Но мы его отыщем, миссис Кэрью. Я совершенно в этом уверена.
Миссис Кэрью грустно покачала головой:
— Вряд ли. Я искала его повсюду, даже за границей.
— Но ведь он должен где-то быть.
— Он мог умереть, Поллианна.