— Она очень густая, тётя, в ней жарко.
— Поллианна, я прошу чёрную вуаль. Пожалуйста, научись делать то, о чём тебя просят, без всяких возражений, тогда мне будет намного легче. Ты думаешь, я собираюсь представить всему Белдингсвиллу свой вид?
— Ах, тётя, никто даже не подумает ничего плохого! — запротестовала Поллианна, торопливо копаясь в чёрном пакете. — Да и никто не будет нас встречать. Ведь вы же знаете, что никому не сообщали о своём приезде.
— Да, знаю. Мы никому не поручали встречать нас, но мы поручили миссис Дёрджин проветрить комнаты к сегодняшнему дню и положить ключи под коврик. Ты считаешь, что она не разболтает это? Не думаю! Полгорода слышало, что мы приезжаем сегодня, немало любопытных будет вертеться на станции к прибытию поезда. Уж я-то их знаю! Им не терпится увидеть, как бедная Полли Харрингтон теперь выглядит. Они…
— Ох, тётя, тётя! — взмолилась Поллианна со слезами на глазах.
— Если бы я не была так одинока. Если бы Томас был здесь… — она замолчала и отвернулась, губы её конвульсивно задёргались. — Где же эта вуаль? — глухо проговорила она.
— Вот она, тётя, дорогая! Вот она, пожалуйста, — нежно проговорила Поллианна, сосредоточившись только на том, чтобы как можно скорее прикрепить вуаль к её шляпке. — Мы уже почти приехали. Ох, я так хочу, чтобы старый Том или Тимоти встретили нас!
— И мы прикатили домой с таким видом, как будто можем содержать лошадей и карету? Завтра же нам придётся всё это продать. Нет уж, спасибо. Я предпочитаю в наших обстоятельствах воспользоваться общественным транспортом.
— Я понимаю, но…
Дребезжа и сотрясаясь, поезд остановился, Поллианна замолчала, только вздохнув.