Уже несколько раз она пыталась спросить, куда ей идти, но всё напрасно. Казалось, что никто не знает, где живёт миссис Кэрью. Последние два раза ей ответили какими-то непонятными словами; поразмыслив, она решила, что это голландский язык, как в семье Хеггерманов, которые жили в Белдингсвилле.
Поллианна шла и шла по одной улице, затем по другой, пока сильно не устала. Теперь она не на шутку испугалась. Ей хотелось есть, ноги болели, глаза застилали слёзы, которые она старалась сдержать. А ещё хуже было то, что начинало темнеть.
«Я должна быть рада, что потерялась, — всхлипнула Поллианна про себя, — будет так хорошо, когда я найдусь!»
На широком, оживлённом перекрёстке она остановилась в отчаянии. Слёзы уже невозможно было удержать, они хлынули потоком, и так как у неё не было носового платка, она вытирала их тыльной стороной обеих ладоней.
— Привет, крошка! Чего плачешь? — услышала она весёлый голос. — Что случилось?
Поллианна повернулась навстречу мальчику, который держал под мышкой пачки газет.
— Ой, я так рада, что встретила тебя! — воскликнула она. — Я так мечтала встретить кого-нибудь, кто не говорит по-голландски!
Мальчик улыбнулся.
— По-голландски? — усмехнулся он. — Ты, наверное, имела в виду испашек?
Поллианна слегка нахмурилась.