Часто он на коленях целыми часами безмолвно стоял пред иконой, созерцая в сердце Господа.
В течение недели он прочитывал весь Новый Завет. Сквозь дверь было слышно, как он вслух толковал себе Писание; многие приходили и внимали ему.
В праздники к нему приносили св. Дары, и он приобщался. Чтобы яснее помнить о смерти, он упросил сделать себе гроб, и поставил его в своих сенях, и завещал, чтобы его схоронили в этом гробе.
Случайно открылось, что по ночам он трудился, перенося поленца к своей келлии, читая чуть слышно молитву Иисусову.
III
Прошло пять лет затвора, и о. Серафим внешне ослабил его: он открыл дверь келлии; всякий мог войти к нему; он же продолжал свои духовные занятия — и на вопросы не отвечал.
Еще через пять лет он уже начал вступать в беседу, и прежде всего с иноками.
Он учил их точному выполнению иноческих правил, ревности к церковному служению.
В деле спасения души великую силу придавал о. Серафим Причастию.