- Ты спишь, что ли, Антонина? Возьми бусы!
Тоня заторопилась, взяла связку разноцветных бус и принялась укреплять на елке.
- Иду, иду! - звонко крикнула Лиза друзьям, звавшим ее в другой конец зала. Там девушки разбирали спутанную груду флажков.
В зал вошел секретарь школьного комсомольского комитета Илларион Рогальский. Он и сегодня, среди предпраздничного оживления и суеты, был очень спокоен и даже несколько величав. Только чудесный розовый румянец, оживлявший его правильное лицо, был, пожалуй, ярче, чем обычно.
Широко расставив длинные ноги, Илларион внимательно осматривал елку.
- Хорошо, - сказал он решительно и, сняв очки, начал их протирать.
Когда Ила был доволен или смущен, он снимал очки.
Тоня знала эту его привычку и всегда с интересом следила, как серые блестящие глаза Рогальского, казавшиеся под стеклами строгими и холодными, становились вдруг добрыми и немного растерянными.
- Совсем хорошо! - повторил Рогальский. - Не зря потрудилась, Кулагина!
Тоня была членом комсомольского комитета и ведала культмассовой работой в школе. Для новогоднего праздника она немало потрудилась. По вечерам у Тони собирался ее актив - ребята из девятого и восьмого классов. Они делали игрушки, готовили малышам подарки.