Секретаря обкома и Надежду Георгиевну усадили в почетные, очень неудобные кресла, принесенные из квартиры Дубинских. Сабурова покорно подчинилась, а гость сразу догадался, что сидеть будет неловко. Он мигом перешепнулся с Толей и Андреем, и ребята принесли ему простую белую табуретку- к ужасу докторши.
- Ну что это, молодые люди! - повторяла она трагическим шопотом. - Ведь позор, конфуз! Ах, боже мой! Василий Никитич! Кухонная мебель!
Секретарь успокоил ее, сказав, что во время ужина важно не на чем человек сидит, а чем его собираются кормить.
Зинаида Андреевна Соколова, чьи темные узкие глаза ярко блестели, поздравила Кулагиных.
- Дожили до денька, доктор! - сказал ей Николай Сергеевич.
- Да, да! Они счастливы, а уж мы, старое поколение, - вдвое.
- Протестую, мама! - крикнул Толя. - О каком старом поколении речь? Ты у меня совсем молоденькая!
- Ишь! засмеялась Варвара Степановна. - Приятно малому, что мать пригожая и молодая.
- Что вы, какая молодость!
- Самая настоящая! - серьезно сказал Николай Сергеевич. - Разве вы не чувствуете, сколько лет нам сегодня наши дети сбавили?