Татьяна Борисовна осмотрелась. Голый, поросший мхом склон, выше по горе - непролазная чаща, над ней - опять голая макушка гольца, внизу - Мокрый Лог… Небо прорезано тросами. Недалеко висит неподвижная бадейка. Здесь когда-то работала шахта, как объясняла полчаса назад Тоня. В те времена в поселке стояла дробилка, и подвесная дорога доставляла вниз руду. Теперь она служила для переправки на прииск леса. Где же Степа?
- Там? - коротко спросил Петр Петрович, показывая на бадейку.
- Ага.
Тоня и Татьяна Борисовна разом вскрикнули, а Петр Петрович сел на землю и долго молчал.
- А ведь Мухамет правду говорит, - сказал он наконец: - это не мальчик, а… уж не знаю что. Ну, рассказывай, как Моргунов туда попал.
Путая русские слова с татарскими, Митхат объяснил, что Степе давно хотелось проехаться с прииска на голец по подвесной дороге. Вчера вечером ему удалось спрятаться в пустой бадейке, и он медленно поплыл по воздуху.
- Бадейка номер семь… вот эта. - Митхат простодушно указал на борт бадейки, где была выведена белая цифра.
Он рассказал, что долго следил за удалявшейся воздушной люлькой и уже хотел идти домой, чтобы там дожидаться возвращения товарища, как вдруг подвесная дорога остановилась. Рабочий день кончился. Только что весело бежавшие по тросам бадейки повисли неподвижно. Где же Степа? Успел он доехать до гольца или болтается в воздухе где-нибудь над Мокрым Логом?
Сказать старшим, что в одной из бадеек, скорчившись, сидит мальчик, Митхат не посмел и пошел вдоль троса искать бадейку номер семь.
- Нет, вы только послушайте! - воскликнула Татьяна Борисовна. - Ну, и нашел?