Напуганные криком Тони товарищи повели Маврина сушиться.
Когда пришел Каганов и Тоня с Санькой стали рассказывать ему о случившемся, он не удивился.
- Я потому и просил немедленно остановить работу, если что-нибудь помешает копать. Могло ваше непослушание печально кончиться, - строго сказал он. - Что же, товарищи, нужно ставить насос. Идемте-ка посмотрим.
В пролом осторожно опустили фонарь на веревке. Под настилом, половина которого продолжала держаться, действительно оказался старый сруб из здоровенных лиственничных бревен. Он был мокрый, обомшелый, но крепкий.
- Еще простоит! - сказал Михаил Максимович. - А верх не затоплен, значит вода не прибывает.
Вода, не доходя до верхних бревен сруба, стояла черная, неподвижная. Пахло плесенью.
К веревке привязали камень и бросили вниз. Вода тихо плеснула.
- Метров двадцать глубины, - определил Каганов, измерив вытащенную мокрую веревку.
- Когда же мы это откачаем?
- Подберем насос получше - скоро откачаете. А сейчас идемте вниз. Сегодня вам здесь делать нечего.