- Соврала я ей.
- В чем соврала, Тоня?
- Что ждать надо. Нечего себя обманывать. Ничего не будет…
Тоня подняла голову. Анатолий увидел ее освещенное луной лицо и удивился, поймав в глазах, всегда спокойных и ясных, то же тоскливое выражение, что в темных, запавших глазах тети Даши.
- Конечно, ей неважно живется. Она только говорить не хочет. А я не была у нее столько времени… Эх!..
- Ладно, Тоня. Что же говорить о том, чего поправить нельзя! Теперь надо подумать, как ей помочь. Я с ребятами потолкую.
- Да-да, непременно!
Тоня вздохнула, продела свою руку под руку Анатолия и, крепко ухватившись за рукав его полушубка, пошла с ним в ногу.
«Намаялась… - подумал Соколов. - И болтовня эта не даром ей далась… Надо о чем-нибудь другом с ней заговорить».
И тут же неожиданно для себя спросил: