— Я ближе ему, чѣмъ Наталья Валентиновна.
— Я противъ этого не спорю, тетя, — но онъ велѣлъ.
— Володя, мы-же съ вами все-таки свои… Покажите мнѣ письмо.
Володя не находилъ причины отказывать ей, онъ далъ ей письмо.
— Негодяй!.. Я всегда говорила… Я предостерегала… А меня не слушали… Дайте сюда статью…
Она взяла газету и начала читать статью. Но она мало понимала въ ней.
— Такъ онъ, значитъ, укралъ? воскликнула она.
— Это единственное, что вы поняли, тетя? а вѣдь дѣло-то совсѣмъ не въ этомъ.
— Я понимаю только, что Льву это непріятно, ужасно непріятно… Я это видѣла по его глазамъ…
Володя не хотѣлъ спорить съ нею и ушелъ къ себѣ. У него въ этотъ день были дѣла, но онъ о нихъ и не думалъ. Онъ ходилъ по комнатѣ и все время передъ нимъ носился образъ дяди, какимъ онъ видѣлъ его передъ уходомъ. Выраженіе глазъ его было удивительно. Никогда онъ еще не видѣлъ въ нихъ такого ледяного холода.