— Скучно? А вам, Дмитрий Петрович, не скучно? — спросила она, не глядя на него.
— Мне — это другое дело. Я привык…
— Может быть, и я привыкла бы!..
Он посмотрел на нее с выражением недоумения и вопроса. Не может быть, чтобы эта молодая девушка стремилась к хозяйству исключительно ради выгоды. Тут что-то такое скрывается. Но спросить ее об этом он не решился.
— Даже наверное, — сказал он, вставая, — это далеко не так трудно, как думают! До свидания! Я зайду еще на минутку к Николаю Алексеичу,
Она подала ему руку, но по лицу ее было видно, что это прощание было для нее неожиданным. Не хотела ли она серьезно поговорить с ним? Рачеев подумал это, но все-таки простился. В восемь часов ему надо было зайти к Калымову.
Он завернул в кабинет, Николай Алексеевич, наклонившись над столом и прилегая к нему грудью, писал. Рука его быстро передвигалась от одного края бумаги к другому. «Курьерский поезд на полном ходу!» — подумал Рачеев,
— Извини, я зашел проститься! — сказал он, подавая руку хозяину,
— Как? Ты уже уходишь? — воскликнул Бакланов. — А я думал, что вы там разболтались.
— Нет. Я даже должен повиниться перед тобой. Я испортил настроение твоей жены…