— Ну, если хочешь, вегетарианец.
— Почему же это? Вы всегда не ели мяса?
— Нет, не всегда. Было время, когда и я жрал его.
— Почему же перестали?
— Так.
По-видимому, он не хотел мне объяснить. Но, выйдя после этого на минуту в спальню и вернувшись оттуда с новым запасом энергии, он сам, уже без моих вопросов начал говорить:
— Это, милый ты мой, страсти утишает…
Я не понял, о каких страстях он говорит. Ведь ему было под пятьдесят лет, и он производил впечатление человека умеренного и сдержанного.
— Зачем же это вам утишать страсть?
— Надоедали. Впрочем, ты этого не поймёшь. Да я вообще странный человек. Вот траву ем, молодёжь люблю. Многие меня за это дураком считают. А мне какое дело? Пусть считают! Не понимают, оттого и считают.