Гитлер непосредственно руководил работой своих дипломатов. «Я уже сейчас организую свою собственную дипломатическую службу — рассказывал Гитлер Раушнингу в 1932 г., — это обходится дорого, но я выиграю время… Я приказал составить картотеку на всех влиятельных людей мира, на которых будут получены необходимые данные. Такой-то — принимает ля деньги? Каким иным путём можно его купить? Горд ли он? Какие у него эротические наклонности? Какой тип женщин он предпочитает? Не гомосексуалист ли он? Этой категории надо уделить особое внимание, таких людей можно крепко держать на привязи. Скрывает ли он что-либо из своего прошлого? Поддаётся ли шантажу?.. Таким путём, — заключал Гитлер, — я провожу настоящую политику, завоёвываю людей, заставляю их работать на себя, обеспечиваю себе проникновение и влияние в каждой стране. Нужные мне политические успехи достигаются путём систематической коррупции руководящих классов… Плоды этой подпольной работы я соберу в будущей войне, ибо никто не может противопоставить мне что-либо подобное».
Однако непосредственно после своего прихода к власти Гитлер поручил руководство официальной дипломатией прежнему министру иностранных дел фон Нейрату. Профессиональный дипломат, юнкер до мозга костей, член бывшего «Клуба господ» и приятель Папена, фон Нейрат не принадлежал к национал-социалистам. Гитлер не имел ещё в это время достаточно компетентных дипломатов для замещения высших дипломатических постов своими людьми. Он оставил Нейрата, хотя и относился к нему с недоверием. С самого начала он стремился по возможности сузить сферу деятельности Нейрата. Департамент печати Министерства иностранных дел был передан Геббельсу. Было прекращено поступление от иностранного ведомства специальных докладов о положении дел в отдельных странах и частях света. Международную информацию поставляло теперь «бюро Риббентропа», а затем «внешнеполитический отдел» партии, возглавляемый Розенбергом. Был создан отдел, ведающий «немцами за границей», под руководством Боле. Свои дипломатические представительства за границей Гитлер постепенно превращал в центры агентуры и нацистской пропаганды. Там, где оставались непартийные дипломаты, они были превращены в марионеток, автоматически действующих по приказу из Берлина. Сам Нейрат был постепенно оттеснён от руководства международными делами. С дипломатическими поручениями в первые годы национал-социалистской власти по европейским столицам разъезжал ближайший помощник Гитлера Геринг.
Гитлеровское правительство под маской «мира и сотрудничества». Осуществляя свою программу подготовки войны, гитлеровское правительство лицемерно заверяло всех в своём искреннем миролюбии. В первом же воззвании нового кабинета «К германской нации» возвещалось, что новое «национальное правительство» Германии «преисполнено сознанием важности задачи содействовать сохранению и Укреплению мира, в котором человечество нуждается теперь больше, чем когда бы то ни было». В этом документе от 1 февраля 1933 г. германское фашистское правительство определяло Цели внешней политики Германии в двух крайне туманных пунктах: 1) «утверждение права на жизнь» и 2) «восстановление свободы». Оба эти пункта сводились к общему требованию «равноправия» Германии, в особенности в вопросе о вооружении. Германское правительство, гласила декларация, считает своим долгом добиваться отмены дискриминации в отношении Германии и «равноправия» как «инструмента мира».
Учитывая реальное соотношение военно-политических сил гитлеровская дипломатия в своих официальных выступлениях маскировала свои планы подготовки войны пацифистской фразой. Гитлер считал необходимым создать за границей впечатление, что кровожадные откровения его пресловутой книги «Моя борьба» не выражают политических стремлений национал-социалистского правительства. Гитлер изображал себя решительным сторонником европейского мира. Он утверждал, что главная угроза для мира кроется в безоружности и беззащитности Германии перед лицом большевистской опасности.
В новогоднем выступлении в национал-социалистской прессе накануне своего назначения рейхсканцлером Гитлер объявил себя борцом против марксизма и против «исполинской опасности большевизма». Мировая реакция с удовлетворением приняла эту декларацию. Буржуазная английская пресса, поддавшаяся на эту уловку Гитлера, сочувственно отметила, что в первый раз Гитлер объявляет главным врагом Германии не Версальский договор, а марксизм и большевизм.
В интервью, данном корреспонденту газеты «Daily Mail» 7 февраля 1933 г., Гитлер заявлял, что «Версальский договор является несчастьем не только для Германии, но и для других народов». Он надеется, что пересмотра его будут требовать не только немцы, но и весь мир. Главное же, в чём он видит опасность, — это коммунизм. В данном случае новому правительству приходится иметь дело не с иностранным государством, а с явлением распада, которое он оценивает как «основное препятствие для мирного развития и нового расцвета германской нации».
В другом интервью, полученном представителем газеты «Sunday Express», Гитлер заявил о своём желании прийти к соглашению с Францией, если она проявит инициативу и предложит пересмотр договоров. Представителям же английской и американской печати Гитлер сообщил о своём намерении вступить в переговоры с Англией и США об уплате частных иностранных долгов и о полном разоружении.
Вскоре было официально объявлено о создании нового отдела внешней политики национал-социалистской партии под руководством Розенберга. В ряде интервью о задачах и функциях нового отдела Розенберг вслед за Гитлером повторял, что «Германия до конца испробует всякую возможность мирного разрешения внешнеполитических проблем». Германия ни на кого не хочет нападать, даже на Францию. Она хотела бы, чтобы все страны разоружились, вместо того чтобы тратить свои средства на вооружения. Если же другие державы не поддержат нацистской Германии, «коммунизм распространится от Владивостока до Атлантического океана».
Розенберг указывал далее, что между Германией и западными державами не существует принципиальных, жизненно важных разногласий. Перед германским государством стоит проблема «восточного пространства». «Мы не имеем тщеславного желания превратиться в опасного конкурента американским интересам, — заявил Розенберг. — Наше внимание обращено теперь на восток Европы. Там находятся будущие рынки Германии».
В том же «примирительном тоне» звучала и речь Гитлера в Рейхстаге 23 марта 1933 г. Гитлер заявлял о желании германского правительства установить тесное сотрудничество с Англией. В другой речи в Рейхстаге, от 17 мая 1933 г., Гитлер благодарил Рузвельта за его посредничество при урегулировании экономических затруднений Германии. Он подчёркивал готовность Германии к «мирному сотрудничеству» со всеми державами.