Продвигаясь на юг, войска англичан, американцев, французов в начале июля захватили Кемь и Сороку. Кемский уездный Совет, отказавшийся итти по предательскому пути Мурманского Совета, был разогнан интервентами, а три его члена — тт. Каменев, Малышев, Вицуп расстреляны. В первые же дни открытой вооруженной интервенции сотни лучших представителей рабочих и крестьян Мурманска, Кеми, Сороки были брошены интервентами в тюрьмы и концентрационные лагери.
Так выполнялись интервентами обещания «дружественной помощи» и невмешательства во внутренние дела оккупированного ими края.
На Севере Советской России образовался еще один фронт — Северный.
Вторжение англо-американских интервентов в Архангельск готовилось ими долго и тщательно. На средства интервентов в Архангельск забрасывались шпионы, провокаторы, диверсанты, кадры белогвардейского офицерства и всевозможный контрреволюционный сброд. Здесь эти силы группировались вокруг представителей военного командования, поставленного иудой-Троцким.
Еще в начале 1918 года в районе Архангельского порта под видом охраны военных грузов было собрано до четырехсот белогвардейских офицеров. Моряки Северной военной флотилии, проявив революционную бдительность, раскрыли действительное назначение такой «охраны», подняли тревогу, и по их решительным требованиям контрреволюционная банда была обезоружена и в двухдневный срок отправлена из Архангельска в глубь страны.
Также в целях концентрации враждебных Советской власти сил через Архангельск направлялись итальянские, сербские и другие эшелоны военнопленных «как возвращаемых на родину». Значительную часть этих вооруженных эшелонов интервенты оставили в Архангельске.
Эти «военнопленные», несмотря на протесты английского и французского консулов, по требованию губисполкома были обезоружены отрядом моряков и латышских стрелков и 2 июля отправлены в Москву. Планы интервентов и предателей — захватить Архангельск одновременно с белогвардейским мятежом в Ярославле и других северных городах были сорваны.
Предатели из военного командования Архангельска сделали все от них зависящее, чтобы парализовать оборону города. Батареи шестидюймовых орудий на острове Мудьюг при входе в устье Северной Двины, в шестидесяти километрах от Архангельска, были вредительски поставлены на открытом берегу моря возле известного по всем лоциям маяка. Орудия нельзя было развернуть для стрельбы залпами во фланг — они стали бы бить в затылок одно другому. Для заграждения фарватера Северной Двины были подготовлены невзрывающиеся мины, а для затопления судов заведомо негодные взрывчатые вещества.
И даже в этих неимоверно трудных условиях советские люди героически защищали подступы к городу.
Когда эскадра интервентов, захватив 31 июля 1918 года гор. Онегу, двинулась на Архангельск, преданные Советской власти моряки малочисленной команды батареи острова Мудьюг 1 августа сделали все возможное для отпора врага. Из годных для стрельбы орудий они били по судам интервентов и, не получая задержанной изменниками помощи, потеряв часть убитыми и ранеными, вынув замки из орудий, взорвав пороховой погреб, обстреливаемые с судов и гидроплана интервентов, на буксирном пароходе отступили к Архангельску. Мужественная оборона моряков дала возможность произвести эвакуацию советских учреждений из Архангельска в сравнительно спокойной обстановке и вывести вверх по Двине речные суда, из которых вскоре была создана речная военная флотилия.