Куприяныч еще больше смеялся.
– И все тебя будут слушаться. И ты их будешь спасать. Куприяныч перестал смеяться.
– Айда! – сказал он.
И коротенькие люди сразу же послушались, сразу поняли все и охотно взялись за топоры и за пилы.
Куприяныч прошелся между ними, кому рукой показал, кому ногой, кого шуткой, как маленького, потрепал за ухо, тому головой помотал и сказал: «Ни-ни!», тому языком: «Так-так!», и всего в несколько минут все степняки так заработали, будто всегда и занимались только лесными работами.
– Видишь, – сказал он Зуйку, – для чего же ты меня хочешь ставить в прорабы, меня и так все слушаются.
Зуек стоял смущенный. Казалось, все так ясно и просто было раньше: только бы догадаться, добиться места и стать на него. А вот оказывается теперь, что люди слушаются человека без петличек, без пистолета, и так он, если захочет, может сколько угодно спасать людей.
– И ты можешь людей спасать? – спросил он.
– А зачем их спасать?
Куприяныч смеялся и явно издевался над Зуйком.