- Нет, знаете, как-то не люблю... - немного смутившись, отказался капитан Тин Тиныч. - Откуда она у вас, кстати?
Красотка Джина, видимо не расслышав вопроса, ничего не ответила и бесшумно выскользнула из каюты.
- Вкуфнота!.. Муф-мяф! - отдуваясь, повторяла Черная Кошка. Жевательная резинка облепила ей всю морду, свисала с усов.
- Жуйте, мои славные, жуйте! - вкрадчивым голосом уговаривала матросов красотка Джина, расхаживая по кораблю.
Она даже бросила кусок жевательной резинки в бочку, где плавала дрессированная Сардинка.
Долго и терпеливо уговаривала Ласточку взять в клюв хоть маленький кусочек.
Но уже на второй день матросы жевали резинку как-то лениво, с видимой неохотой.
- Надоело! - на третий день решительно сказал матрос Тельняшка. Все остальные матросы тоже отказались наотрез.
И только юнга Щепка, начищая до блеска якорную цепь, самозабвенно жевал резинку. Это был смышленый и проворный мальчуган, но такой худенький и легкий, что капитан Тин Тиныч во время шторма запирал его в своей каюте, боясь, чтобы какая-нибудь непутевая волна не смыла его за борт.
- На одной щепке далеко не уплывешь... - яростно гремела кастрюлями красотка Джина. - Рухнул такой план... такая первосортная хитрость...