Христиан II был последним королем унии, его несчастье заключалось в том, что он хотел не только именоваться им, но и быть. Печален был его конец — 27 лет содержался он под стражей в своем собственном королевстве и умер пленником.
Но в эти дни, молодой и жаждущий власти, он только начинал свой королевский путь. Железо и кровь должны были скрепить непрочные узы, привязывавшие Швецию к его державе. В 1518 году появился Христиан с сильным флотом под Стокгольмом; два года продолжалась борьба и, наконец, в 1520 году Швеция была подчинена.
В датском войске числился военный врач Теофраст Аромбаст фон-Гогенгейм, он принимал участие в походах Христиана; побывал в Стокгольме, который он называет датским городом.
Но звезда Христиана быстро склонялась к закату — неблагополучно было в датском королевстве. Жестокое правление его вызвало национальное восстание в Швеции и окончательную потерю ее. Внутри страны он попытался сломить власть феодалов, опираясь на горожан и крестьянство, но потерпел неудачу и вскоре вынужден был бежать.
Когда происходили эти события, Теофраст был уже далеко. Он пересек север Германии, Литву и задержался в могущественнейшем восточном государстве — Польше.
Польша являлась восточным форпостом европейского католического мира. За нею лежало дикое, но грозное Московское царство, наступательные движения которого надо было сдерживать огнем и мечом. С Балкан надвигалась другая гроза — турецкие полчища, против которых также можно было использовать польские военные силы. Еще недавно немцы узнали военную мощь Польши, разгромившей тевтонское рыцарство и остановившей их продвижение на восток. И если в XVII веке Польша утеряла свое влияние, то это произошло не потому, что соседи превзошли ее в военном отношении, а лишь благодаря внутреннему разложению королевства, вызванному феодальной реакцией. Причиной падения польского колосса было раздробление, фактический захват власти многочисленными феодалами и обострение внутренних неурядиц и воин.
Но в эти дни, под властью Ягеллонов, Польша была еще сильным централизованным государством, выгодно отличавшимся от родной Теофрасту Германии, раздираемой внутренними противоречиями и постоянным вмешательством иностранцев в ее внутренние дела.
Но и здесь Гогенгейм пробыл недолго — к югу лежал его путь, в Валахию, потом Далмацию, Кроатию, которые прошел он и замкнул круг Италией, покинутой им после студенческих лет.
Говорили, что из Польши Теофраст предпринял путешествие в Москву и Константинополь. Нет документов, подтверждающих эту версию, но чему же удивляться, — не было далекого пути, который казался бы непреодолимым для этого любознательного человека. Но когда безудержная фантазия современников приписала ему посещение Африки и Азии, он сам отверг эту честь.
«Неверно, что я узнал Африку и Азию и перелистал эти страницы. Но кто же смог бы бродить во всех уголках мира?»