— Во всяком случае, вина Сарры не так уж велика, — заметил Тутмос.
— Ну так знай же — когда-нибудь я расквитаюсь и с жрецами.
— В данном случае они тоже не очень виноваты. Досточтимый Херихор поступил так, желая возвеличить славу и могущество твоей династии, и действовал он с ведома царицы Никотрисы.
— А Мефрес зачем вмешивается в мою жизнь? Его дело охранять святыни, а не заниматься судьбой моего потомства.
— Мефрес — старик и начинает уже впадать в детство. Весь двор фараона посмеивается сейчас над его причудами, о которых я сам, впрочем, ничего не знаю, хотя почти каждый день встречался и продолжаю встречаться с этим святым мужем.
— Это интересно. Что же он делает?
— Несколько раз в день, — ответил Тутмос, — он совершает торжественные богослужения в самой укромной части храма и велит своим жрецам наблюдать, не поднимают ли его боги на воздух во время молитвы.
Рамсес расхохотался.
— И это происходит здесь, в Бубасте, у всех на глазах, а я ничего не знаю.
— Это жреческая тайна…