— Поэтому, — продолжал Херихор, — верховная коллегия всеподданнейше просит тебя, владыка, назначить доблестным полкам награду в десять талантов. Сам же ты, пресветлый государь, разреши рядом с твоим именем писать: «Победоносный».
В расчете на молодость фараона Херихор хватил через край в своей лести, и это отрезвило Рамсеса.
— А какое же прозвище вы дадите мне, когда я сокрушу ассирийскую армию и наполню храмы богатствами Ниневии и Вавилона? — спросил он.
«Он не перестает мечтать об этом!..» — подумал про себя верховный жрец.
Фараон же, как бы в подтверждение его опасений, спросил: — Какова же численность нашей армии?
— Здесь, под Мемфисом?
— Нет, во всем Египте.
— У вашего святейшества было десять полков, — ответил верховный жрец. — У достойнейшего Нитагора на восточной границе — пятнадцать. Десять полков стоит на юге, потому что Нубия начинает волноваться… А пять размещены гарнизонами по всей стране.
— Всего, значит, сорок? — подсчитал фараон. — А сколько в них будет солдат?
— Около шестидесяти тысяч.