Завтра же на выборах я предложу господам дворянам исключить из своей среды эту немую, но сладострастную генеральшу.
Занавес опускается
ДЕЙСТВИЕ III
Декорация все та же, с тою только небольшою разницею, что вместо ночи утро и роса и что розмарин, коего в первых двух действиях не было, распустился. Птицы стрекочут. С другой стороны пчела, восчувствовав туч нахождение и приближение бури, возвращается в свой улей с шумом.
Силин (входит в мундире)
Воображаю, как все на выборах удивятся, когда узнают, чтоя женюсь на Ослабелле! Французский язык я уж выучил хорошо, а с помощью будущей супруги моей буду знать и гишпанский. Я уверен, что опять меня и на это трехлетие выберут в предводители и вот почему. Говорят, будто иностранцы много что-то начали писать о нашем любезном отечестве; кто же другой в состоянии будет переводить дворянам все, что об них печатается? Разумеется, я, и никто более! Или опять случится заехать сюда какому-нибудь именитому иноплеменному путешественнику, кто будет показывать ему богоугодные заведения и другие примечательности города? (Самодовольно.) И тут я! Словом, нигде без меня не обойдутся. (После некоторого молчания.) Жаль только, что в эти выборы у меня одним шаром меньше. Впрочем, что за беда! Генеральша Кислозвездова пропала, да, кроме того, я уже предложил исключить ее из нашей среды.
Керстен (входит также в мундире)
Доброго утра!
Силин (удивленный)
Как? Это ты, Керстен? Откуда и давно ли? Ты молчишь? Ты, кажется, в волнении.