В густой и дикий злак поверг;

На нем повесил черны латы,

Покрытый кровью предков меч,

И круглый щит, и шлем пернатый,

И обратил он к камню речь:

«Вещай, сын шумного потока,

О храбрых поздним временам!

Да в страшный час, как ночь глубока

В тумане ляжет по лесам,

Пришлец, дорогой утомленный,