И ярость дикая во взорах закипела;
Немеет и дрожит любовник молодой.
Он грозный меч извлек, и нет уже Звигнела,
И бледный дух его сокрылся в тьме ночной!
Мальвина обняла несчастного колена,
Но взоры отвратив: „Живи! — вещал Осгар,—
Живи, уж я не твой, презренна мной измена,
Забуду, потушу к неверной страсти жар“.
И тихо за порог выходит он в молчанье,
Окован мрачною, безмолвною тоской —