О, ночь мучений!

Но где же гетман? где злодей?

Куда бежал от угрызений

Змеиной совести своей?

В светлице девы усыпленной,

Еще незнанием блаженной,

Близ ложа крестницы младой

Сидит с поникшею главой

Мазепа тихий и угрюмый.

В его душе проходят думы,