Учила горести глубокой.
Ты негой волновала кровь,
Ты воспаляла в ней любовь
И пламя ревности жестокой;
Но он прошел, сей тяжкий день:
Почий, мучительная тень!
Строфа XXXIV. Вероятно, к этому месту главы относятся две черновые строфы, сохранившиеся в бумагах Пушкина:
В сраженье смелым быть похвально,
Но кто не смел в наш храбрый век?
Всё дерзко бьется, лжет нахально;