Беда тебе! главы преступной
Ты не спасешь ни покаяньем,
Ни мономаховым венцом.
Сцена «Царские палаты» (стр. 260) начиналась следующим образом:
К с е н и я (держит портрет). Что ж уста твои
Не промолвили,
Очи ясные
Не проглянули?
Аль уста твои
Затворилися,