По-видимому, к этой записи относятся отрывочные стихотворные наброски размером народной песни «Как пал туман седой на синее море».
Гостомыслову могилу грозную вижу…
Легконогие олени по лесу рыщут…
Есть надежда! верь, Вадим, народ натерпелся…
Он далече, далече плывет в печальном тумане…
Эти наброски следует отнести к сентябрю 1821 года.
С приведенным планом следует сопоставить план поэмы «Вадим» (см. том IV, стр. 533). Там читаем: «Могила Гостомысла, он находит там друга: 1 сцена трагедии — заговорщики собираются — клянутся умереть за свободу Новгорода».
СКАЖИ, КАКОЙ СУДЬБОЙ
Отрывок этой комедии об игроке написан 5 июня 1821 г. в Кишиневе. Сохранился план пьесы, где действующие лица обозначены именами актеров петербургской драматической труппы:
Вальберхова — вдова. Сосницкий — ее брат. Брянский — любовник Вальберховой. Рамазанов, Боченков. Сосницкий дает завтрак. Брянский принимает гостей. Рамазанов узнает Брянского. Изъяснения. Пополам. Начинается игра. Сосницкий всё проигрывает, гнет Величкина на карту. Отчаяние его. Сосницкий и Вальберхова. Вальберхова: Играл? — Играл. Долго ли тебе быть бог знает где? Добро либералы, да ты-то что?.. Зачем не в свете? — Да воя молодежь… Вы все бранчивы, скучно; то ли дело ночь играть. — Скоро ли отстанешь? — Никогда. Сестрица, милая, уезжай, у меня будет завтрак. — Игра? — Нет. — Прощай. Сосницкий и Величкин. Сосницкий: Карты! Величкин: Проиграется. Сосницкий: Полно врать, я поспею. Величкин и Брянский. Брянский и Вальберхова. Брянский и Рамазанов. Узнает, уговариваются. Вальберхова: Что за шум? Величкин: Играют. Вальберхова: А Брянский? — Там же. — Поди за Брянским. Брянский и Вальберхова: — Я пополам, ему урок, он проигрывает… Сосницкий в отчаянии. Брянский. Величкин уговаривает. Тот его ставит на карту. Проигрывает. Величкин плачет. Сосницкий также. Брянский и Рамазанов. Конец. Брянский, Рамазанов, Сосницкий: Вы здесь, а мне ничего не сказали… — Мочи нет, устал, проигрался. Пора в театр; нам друг дает последний завтрак, он застрелится. — Я шел к тебе, сестра. — Покорно благодарю, в одном доме, а мы неделю не видались. Что ты делал? — Занят был; сегодня я дома; уезжай, пожалуйста, тебе надо быть у тетки; я даю завтрак. — Бог знает, какое общество. Зачем тебя нет в свете и проч.