Здесь, став на цыпочки, не мог бы руку
До своего он носу дотянуть.
Когда за Ескурьялом мы сошлись,
Наткнулся мне на шпагу он и замер,
Как на булавке стрекоза — а был
Он горд и смел — и дух имел суровый...
А! вот она.
(Входит Дона Анна.) Д о н а А н н а. Опять он здесь. Отец мой,
Я развлекла вас в ваших помышленьях —
Простите.