В негодовании ревнивом

Поэт конца мазурки ждёт

И в котильон её зовёт.

XLV

Но ей нельзя. Нельзя? Но что же?

Да Ольга слово уж дала

Онегину. О Боже, Боже!

Что слышит он? Она могла…

Возможно ль? Чуть лишь из пелёнок,

Кокетка, ветреный ребёнок!