XXVII
«Мой секундант? – сказал Евгений, —
Вот он; мой друг, monsieur Guillot.
Я не предвижу возражений
На представление моё:
Хоть человек он неизвестный,
Но уж, конечно, малый честный».
Зарецкий губу закусил.
Онегин Ленского спросил:
«Что ж, начинать?» – Начнём,