— Брат Жан, любезный мой друг, это вы взяли в плен присутствующего здесь военачальника Фанфарона?
— Ваше величество, — отвечал монах, — он перед вами, он совершеннолетний, в здравом уме, пусть он сам и расскажет.
Тогда Фанфарон сказал:
— Так, государь, это он взял меня в плен, я открыто признаю себя его пленником.
— Вы с него требуете выкупа? — спросил монаха Грангузье.
— Нет, — отвечал монах. — Я об этом и не помышлял.
— А сколько бы вы желали получить за его пленение? — спросил Грангузье.
— Ничего, ничего, — отвечал монах. — Мне не нужно выкупа.
Тогда Грангузье велел отсчитать монаху в присутствии Фанфарона шестьдесят две тысячи золотых за его пленение, а тем временем вышеозначенному Фанфарону устроили угощение, и пока он угощался, Грангузье задал ему вопрос, желает ли он остаться у него или же намерен возвратиться к своему королю.
Фанфарон ответил, что он поступит, как Грангузье посоветует.