Сон Панурга и его толкование
Около семи часов утра Панург явился к Пантагрюэлю, у которого уже собрались Эпистемон, брат Жан Зубодробитель, Понократ, Эвдемон, Карпалим и другие, и при виде Панурга Пантагрюэль, обратясь к ним, сказал:
— Вот идет сновидец.
— Эти слова когда-то дорого обошлись сыновьям Иакова, — заметил Эпистемон, — они жестоко за них поплатились.
Тут заговорил сам Панург:
— Я, ни дать ни взять, сновидец Гийо. Мне что-то много чего снилось, да только я ровным счетом ничего не понял. Запомнил я лишь, что привиделось мне, будто у меня есть жена, молодая, статная, красавица писаная, и будто обходится и забавляется она со мной, как с малым ребенком.
Так я был рад-доволен, что и сказать нельзя. Уж она меня и ласкала, и щекотала, и цапала, и лапала, и целовала, и обнимала, и для потехи приставляла к моему лбу пару хорошеньких маленьких рожек. Я в шутку стал уговаривать ее приставить мне рожки под глаза, чтобы лучше видеть, куда мне ее бодать, и чтобы Мом не признал то место, которое выбрала она, неудачным и неподходящим, каковым он в свое время нашел положение бычьих рогов. Сумасбродка моя, однако ж, не сдавалась на уговоры и приставляла мне рожки все выше и выше. При этом — удивительное дело! — мне совсем не было больно.
Немного погодя мне почудилось, будто я неизвестно каким образом превратился в барабан, а она в сову.
Тут мой сон был прерван, и я, недовольный, недоумевающий и разгневанный, внезапно пробудился.
Вот вам целое блюдо снов. Кушайте на здоровье и рассказывайте, как вы их понимаете. Пойдем завтракать, Карпалим!