— Никак нет-ста, по пятнадцати.
— А женин дом?
— Как мне до него коснуться; он не мой.
— Скажи же, чем ты торгуешь?
— Ничем, ей, ничем. С тех пор как я пришел в несостояние, парень мой торгует. Нынешним летом, слава богу, поставил льну на двадцать тысяч.
— На будущее, конечно, законтрактует на пятьдесят, возьмет половину денег вперед и молодой жене построит дом…
Алексей Карпович только что улыбается:
— Старинный шутник, благодетель мой. Полно молоть пустяки; возьмемся за дело.
— Я не пью, ты знаешь.
— Да хоть прикушай.