Командир бригады со штабом и гришинским взводом расположился в огромном селе у железной дороги.
Гришин накануне выступления против банды Махно был послан в первый полк с донесениями.
Возвращаться назад в штаб бригады, рискуя не застать на месте штаб, не было смысла. Гришин решил выступить с первым полком, с тем чтобы потом присоединиться к взводу. «Воробьев — надежный помощник. Доведет взвод и без меня», — думал Гришин.
В то время как в штабе бригады ждали донесений от первого полка, в двадцати километрах произошло неожиданное событие.
Выполняя приказ армии, первый полк выступил с места расположения и двинулся на юго-восток. Впереди полка двигался разведывательный эскадрон, а за эскадроном со второй половины марша выехали квартирьеры полка, человек пятнадцать.
В темноте, не доходя двух верст до указанного для ночевки села, полк остановил истекающий кровью боец. Он передал, что Махно порубил всех квартирьеров и разогнал разведку.
Полк ощупью вошел в село и после долгих поисков узнал от ускользнувшего в темноте от бандитов мальчишки-трубача, что банда пошла на север.
Командир полка двинулся до следам, послав донесение командиру бригады.
У Махно пятьсот сабель и десятка два пулеметов, а в полку триста бойцов и пятнадцать пулеметов.
Двигаясь с остановками, прощупывая каждый домишко хуторов и деревень, полк на рассвете увидел в километре от себя всю банду. Началось преследование.