Разбуженный покорно поплелся за амбар.
Пошептавшись, оба крадучись вернулись на свои места.
Горизонт чуть заметно подернулся серенькой полоской. Село досыпало последние минуты предрассветного сна.
4. У ЦЕЛИ
Полоса за полосой, меняя краски, светлел горизонт.
Когда широкая серая полоса, как обручем, перехватила купол неба, горизонт сразу порозовел. Несколько минут, и… запылали концы крыльев ветрянок, разбросанных за селом на горке, засветлились пожарищем верхушки рощи, заголосило село криками петухов, ревом скотины, ржанием сотен коней, рожком пастуха, чириканьем, свистом, пением птиц.
— Подъем, подъем. Дневальный, буди взвод. Дневальный!
Гришин на-ходу загонял непослушные ноги в сапоги.
— Дневальный! Спит. Ну, не стервец ли несознательный? — расталкивая спящего дневального, кричал Гришин. — Первое дневальство — и спать… Эх, служильщики, в рот вам кляп. Сыч. Котов, Воробьев, будите своих ребят. На водопой.
Через забор из штабного двора свесилась всклоченная голова дежурного для связи. Заспанные глаза обшарили двор.