Геллиг молчал, и Полина решилась взглянуть на него. Но, подняв глаза, она едва не вскрикнула от испуга, заметив, как ужасно изменилось выражение его лица.
На нем было столько тоски и муки, что подавленное чувство молодого сердца неожиданно прорвалось еще раз.
– Геллиг, Боже мой, что с вами? – озабоченно воскликнула она, схватив его за руку.
Но он оттолкнул ее руку.
– Продолжайте дальше! – с ледяной холодностью, почти угрожающе, глухим голосом произнес он.
Полина стояла, как окаменелая, не зная, что сказать…
Она хотела разбить его надежду на взаимную любовь и заранее вооружилась против безумных жалоб и страстных просьб. Но он стоял перед ней не в позе просителя, а как строгий судья, и молодая девушка почувствовала, что судьба ее решена, приговор произнесен!
Собравшись с силами, она снова заговорила:
– Волнения вчерашнего дня, чувство благодарности к вам и желание вам всего лучшего придали моему чувству к вам совершенно ложное значение в ваших глазах! Это не было любовью, но и легкомыслием, прошу вас, не считать его!
Молчание Геллига пугало Полину…