Неужели, она, Полина фон Герштейн – и вдруг…
Молодая девушка побледнела и нервно хрустнула пальцами, тонкими и прозрачными. Сжимая себе виски, она старалась припомнить все подробности вчерашнего вечера, но так была морально расстроена, что это удавалось ей с больший трудом…
Все же она не могла забыть того, что голова ее покоилась у него на груди… что он целовал ее в губы, шепча на ухо пламенные речи влюбленного…
И она, Полина, гордая девушка-аристократка выслушивала его… его, управляющего-мещанина!…
К ее горлу подступили слезы обиды и горечи, но она продолжала припоминать детали вчерашнего свидании, словно ей доставляло наслаждение бичевать самое себя.
Прекрасно, восхитительно, нечего сказать!… Встреча в саду, ночью, с молодым мужчиной… с мужчиной из… мещан!…
Молодая девушка, прежде всего, возмущалась своей вчерашней пассивностью!… Ей особенно тяжело было сознаться, что ей приятно было выносить его ласки…
Она была справедлива и сказала самой себе, что она покорялась и молчала, потому что была счастлива!…
Да, она была счастлива!…
Вот это-то сознание и мучило ее, не давая покоя.