Мартин довольно долго молчал, и, когда он заговорил, то его голос был очень серьезным:
— Мэри… насколько ей известно обо всем этом?
— Я старалась ей сказать как можно меньше. Она знает, что я не могу больше жить с моей матерью, и что моя мать не пригласит ее в Мортон; но она не знает, что мне пришлось покинуть дом из-за женщины, что меня выгнали — я хотела пощадить ее, насколько могла.
— Ты считаешь, что была права?
— Да, тысячу раз.
— Что ж, только ты можешь судить об этом, Стивен, — он посмотрел на ковер, потом резко спросил: — Она знает о тебе и обо мне, о…
Стивен покачала головой:
— Нет, понятия не имеет. Она думает, ты просто был моим хорошим другом, как сейчас. Я не хочу, чтобы она знала.
— Ради меня? — спросил он.
И она медленно ответила: